Суд признал сестру погибшего военнослужащего его фактическим  воспитателем 

Жительница Мурманской области обратилась в суд с иском к ответчику (бывшей супруге погибшего военнослужащего, являющейся законным представителем его несовершеннолетней дочери)  о ее признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего К. при выполнении боевых задач в ходе проведения специальной военной операции (далее - СВО) на Украине. В обоснование иска указала, что погибший военнослужащий К. приходится ей родным братом, их родители в 1981 году расторгли брак, а с 1987 года стали проживать отдельно от них (детей), мать в силу возникшего у нее заболевания, отец в связи с созданием другой семьи, материальной помощи им не оказывали, участия в их жизни не принимали. В период с августа 1987 г. по июнь 1993 г., то есть более 5 лет до дня наступления его совершеннолетия брат, полностью находился на ее содержании, она обеспечивала его питанием и одеждой, осуществляла заботу о его здоровье, посещала родительские собрания в школе и техникуме, приучала его к труду, заботилась о его нравственном развитии, ее доходы от заработной платы являлись для К. единственным источником существования.

Признание судом ее фактическим воспитателем военнослужащего К. необходимо для реализации права на получение гарантий и компенсаций после смерти брата, погибшего при выполнении задач в зоне СВО.

Решением суда Ш. признана фактическим воспитателем погибшего военнослужащего К. при исполнении обязанностей военной службы, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

При этом суд исходил из того, что истица проживала с младшим братом К. одной семьей, заботилась о его здоровье, физическом, психологическом, духовном и нравственном развитии, участвовала в его жизни и получении им образования, осуществляла его содержание, и между ними сложились семейные связи.

Не согласившись с решением суда, ответчик  обжаловал его в  апелляционном порядке.

Судебная коллегия по гражданским делам, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы ответчика и возражений относительно жалобы, оставила решение суда без изменения.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием судебная коллегия пришла к выводу, что в ходе судебного разбирательства достоверно установлены и нашли свое подтверждение обстоятельства, являющиеся основанием для признания Ш. фактически воспитывавшей и содержавшей военнослужащего К., погибшего при исполнении обязанностей военной службы, более пяти лет (с 1987 г.) и до наступления его совершеннолетия.

Суд апелляционной инстанции посчитал, что факт воспитания в атмосфере семьи и участия истицы Ш. в жизни военнослужащего К., его содержания и обеспечения в течение более пяти лет до достижения им совершеннолетия подтвержден совокупностью собранных и исследованных по делу доказательств, в частности объяснениями самой истицы, показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей и письменными доказательствами.

 Кроме того, отметил обоснованное указание суда в решении на то, что семейная связь между К. и Ш. не была утрачена и в период прохождения им военной службы по контракту.

Судебная коллегия также указала, что правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, соответствующей  выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Пресс-служба Мурманского областного суда